Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отменила постановления Десятого арбитражного апелляционного суда и Арбитражного суда Московского округа, оставив в силе определение суда первой инстанции об отказе во включении требования Поповой Елены Аркадьевны в реестр требований кредиторов Поповой Ольги Федоровны на сумму 52,9 млн рублей.
Основанием для пересмотра послужила кассационная жалоба Поповой О.Ф., которая настаивала на недопустимости двойного взыскания с неё одной и той же стоимости имущества. Заявитель указывала, что ранее в её реестр уже было включено требование её бывшего супруга (отца) на ту же сумму, а теперь суд апелляционной инстанции дополнительно включил требование дочери, возникшее из признания недействительными договоров дарения второго уровня.
Из материалов дела следует, что между родственниками последовательно заключались договоры дарения двух нежилых помещений: сначала отец подарил помещения дочери, затем дочь подарила их матери. Впоследствии мать продала помещения независимому покупателю. В рамках дел о банкротстве отца и дочери договоры дарения были оспорены и признаны недействительными. В реестр требований кредиторов отца включено реституционное требование к дочери, а в реестр требований кредиторов матери ранее уже было включено требование отца как убытки, причинённые совместными действиями дочери и матери. После этого финансовый управляющий имуществом дочери обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов матери реституционного требования, вытекающего из недействительности договоров второго уровня.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, указав, что включение требований дочери приведёт к двойному взысканию. Однако суд апелляционной инстанции отменил это определение, посчитав, что реституционное требование дочери вытекает из иного основания и не свидетельствует о двойном взыскании. Суд округа поддержал эту позицию.
Верховный Суд РФ указал, что суды апелляционной инстанции и округа ошибочно ограничились ссылкой лишь на один судебный акт. В определении Коллегии подчёркнуто, что «каждый судебный акт подлежал оценке судами наряду с другими доказательствами и ни один из них не имел заранее установленной силы, то есть в условиях конкуренции судебных актов следовало повторно проанализировать вопрос о связывающих членов семьи обязательствах, самостоятельно оценив их отношения».
Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, как указано в определении, «притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила». Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25, «притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок». Судебная коллегия отметила, что «в рассматриваемом случае цепочкой последовательных сделок дарения первого и второго уровней с разным субъектным составом прикрывалась одна сделка, направленная на прямое отчуждение отцом своего имущества в пользу матери».
Коллегия также указала, что «хотя основания требований отца к дочери и к матери различны, они преследуют единую цель - возместить в полном объеме (статья 15 ГК РФ) убытки, причиненные конкурсной массе отца, поэтому обязательства приобретателя недвижимости (матери-стороны недействительной прикрываемой сделки) и сопричинителя вреда (дочери, участвующей в выводе активов через подписание притворных договоров) являются солидарными (пункт 1 статьи 325, статья 1080 ГК РФ). Это позволяет исключить возникновение неосновательного обогащения на стороне конкурсной массы отца: исполнение, полученное от одного из должников (матери или дочери), будет освобождать другого должника от исполнения в пользу кредитора (конкурсной массы отца)».
Принимая решение об отмене актов апелляционной инстанции и округа, Коллегия руководствовалась пунктом 2 статьи 170, статьями 15, 325, 1064, 1080, 1081 Гражданского кодекса РФ, а также статьёй 61.2 Закона о банкротстве. Как указано в определении, дочь не осуществила возмещение в пользу конкурсной массы отца, поэтому «она не вправе требовать каких-либо выплат за счет конкурсной массы соучастника-матери».
Теперь требование Поповой Е.А. не подлежит включению в реестр требований кредиторов Поповой О.Ф., что исключает двойное взыскание стоимости одного и того же имущества.
Определение № 305-ЭС24-9468 (3) по делу № А41-102080/2022
Обзор: Федресурс